«Современный танец дает свободу, а фестиваль создает для нее пространство»: интервью с труппой Context. Diana Vishneva

Рената Назметдинова

КАК БЫ ТЫ ОПИСАЛА ХАРАКТЕР ТРУППЫ?

Наша труппа — это яркие, харизматичные, необычные танцовщики, каждый со своей стопроцентной индивидуальностью. И при этом между нами есть общая нить.

За три-четыре сезона мы прошли через множество проектов, и этот опыт нас сильно изменил. Как ограненный алмаз: постепенно обтачивались, оттачивались. И сейчас, мне кажется, мы стали очень заметными представителями современного танца в России.

В КАКОЙ МОМЕНТ У ТЕБЯ В КОМАНДЕ ПОЯВИЛОСЬ ЧУВСТВО АНСАМБЛЯ?

По моим ощущениям, первый год для меня был периодом сильной притирки. На второй — появилась чувствительность к пространству, к людям, стало больше принятия. Потому что изначально мы приходили как одиночки — нас набирали скорее как отдельных персонажей.

А к третьему году, для меня точно, случилось настоящее объединение. Когда в труппу приходят новые люди, мы уже принимаем их в свою ячейку и бережно включаем в процесс. На сцене это особенно важно. Появляется настоящее рабочее единение.

ИЗМЕНИЛОСЬ ЛИ ТВОЕ ОТНОШЕНИЕ К ТЕЛУ СО ВРЕМЕНЕМ?

Было время, когда я вообще не разогревалась. В первом сезоне разогрев для меня выглядел примерно так: шпагат, рука, мах — и готово. Сейчас всё иначе.

Это связано и с глубиной танца, и с ощущением собственного тела. Для меня важно и здоровье, и качество исполнения. Поэтому разогрев теперь — часть ежедневной рутины, иногда по несколько раз в день.

Раньше, если что-то болело, я просто игнорировала это и шла дальше. Сейчас отслеживаю, что именно болит, какие мышцы перегружены, где нагрузка ушла на одну сторону, где я двигаюсь неправильно. Усталость — это одно, но иногда проблема именно в технике движения. В танце особенно важно держать баланс. Тем более многие спектакли ставятся преимущественно на одну сторону — это особенность хореографии, и под нее нужно адаптироваться.

ЧТО ФЕСТИВАЛЬ ДЕЛАЕТ ДЛЯ РАЗВИТИЯ МОЛОДЫХ АРТИСТОВ?

Продвигает современный танец в общественной среде. Появляется всё больше спектаклей, на которые можно попасть по регистрации, различных проектов, в которых участвуют танцовщики, съемки, коллаборации.

Но, возможно, молодому поколению было бы еще интереснее видеть сам процесс. Как создается спектакль, как живет танцовщик, что происходит перед выходом на сцену. Мы как фестиваль иногда показываем это в соцсетях, но, думаю, запрос на такой закулисный формат только растет.

КАКИМ БЫ ТЫ ХОТЕЛА ВИДЕТЬ СЛЕДУЮЩИЙ ЭТАП СВОЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ?

Мне точно хочется заниматься тем, что меня вдохновляет. Идти за свободой мысли и чувств, не загонять себя в жесткие рамки. Не знаю, может это будет видеоработа, спектакль или что-то еще, но мне важно именно создавать.

Иногда я вижу, как какое-то движение может красиво смотреться в кадре, мне нравится монтировать, искать способы рассказывать о танце через съемку. И дело не в том, что мне хотелось бы сосредоточиться на видео — просто это еще одна интересная возможность говорить о танце и чувствовать его по-новому.

Алина Костарева

ЧТО В ТВОЕМ ТАНЦЕ СЕГОДНЯ ЕСТЬ ОТ ТОЙ ДЕВОЧКИ, КОТОРАЯ ПРИШЛА ВПЕРВЫЕ В ЗАЛ?

У меня с этим связана очень интересная история. В танец я пришла благодаря фильму «Принцесса специй». Там были восточные танцы, и, когда я услышала музыку и увидела, как танцует главная героиня, сразу поняла, что меня тянет в этот мир. Мне захотелось двигаться так же, обладать такой же пластикой.

С детства я любила выступать для родителей и в целом чувствовала, что сцена мне близка. Поэтому попросила отдать меня в танцевальную студию. Постепенно путь привел меня из небольшого коллектива в профессиональную школу, где я продолжила обучение.

Если говорить о том, что сохранилось во мне с тех лет, то это прежде всего огромное рвение к танцу и любовь к нему. Несмотря на то, что я занимаюсь этим уже много лет, танец до сих пор остается моей отдушиной, а не просто работой.

КАКОЙ ПРОЕКТ ФЕСТИВАЛЯ CONTEXT.DIANA VISHNEVA СИЛЬНЕЕ ВСЕГО ИЗМЕНИЛ ТЕБЯ КАК АРТИСТКУ?

Каждый проект по-своему переворачивает тебя. Каждая встреча с новым хореографом оставляет след, потому что ты погружаешься в его лексику, язык движения, художественные задачи. Всё это постепенно наслаивается и формирует тебя как артиста.

Из последнего особенно запомнилась работа с хореографией Охада Наарина. Мне кажется, она сильно изменила мой взгляд на танец и движение. В моем восприятии появилось гораздо больше красок, оттенков и свободы.

ЧТО ФЕСТИВАЛЬ ДЕЛАЕТ ТАКОГО, ЧЕГО НЕ ХВАТАЕТ ДРУГИМ ХОРЕОГРАФИЧЕСКИМ ИНСТИТУЦИЯМ?

Думаю, одно из главных достоинств — отношение к артистам и степень заботы о людях. Наша команда по-настоящему горит своим делом и внимательно относится к каждому, кого приглашает к сотрудничеству.

В моем понимании это серьезный шаг вперед по сравнению со многими другими институциями, за которыми я наблюдаю. То, что происходит у нас сейчас, впечатляет — работа с сильнейшими хореографами, новые возможности для развития и постоянный профессиональный рост. Это очень радует.

КАК ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО НА СЦЕНЕ МЕЖДУ ЛЮДЬМИ ВОЗНИКЛО НАСТОЯЩЕЕ ДОВЕРИЕ?

Сейчас мы находимся на этапе, когда уровень доверия внутри коллектива уже очень высокий. Во многом это связано с тем, что у нас нет постоянной смены состава. Большинство ребят настроены на долгую совместную работу и глубокое погружение в профессию.

Мы давно знаем друг друга, поэтому доверие стало естественной частью нашей работы. Перед выходом на сцену мы часто делаем практики, похожие на те, что используются в репетиционных классах и тренировках. Они помогают почувствовать друг друга, быть внимательными к пространству и сохранять открытую коммуникацию внутри команды.

ЧТО КОМАНДА ЗНАЕТ О ТЕБЕ, ЧЕГО НЕ ЗНАЕТ ПУБЛИКА?

Чаще всего зрители говорят мне, что со сцены я выгляжу серьезной и даже строгой. Мне всегда немного забавно это слышать, потому что в жизни я совсем другая — улыбчивая, открытая и веселая.

Но сцена устроена иначе. Там ты примеряешь на себя персонажа, работаешь с определенной маской и задачей спектакля. Поэтому мое сценическое лицо действительно часто бывает собранным и сосредоточенным.

При этом я думаю, что зритель всё равно может увидеть разные стороны моей личности: веселость, уязвимость, нежность, иногда злость. На сцене ты играешь роль, но остаешься настоящим человеком. Именно эта открытость, мне кажется, делает артиста живым и интересным.

Саша Носов

КАКИЕ КАЧЕСТВА КОЛЛЕГ ПО СЦЕНЕ ТЫ ЦЕНИШЬ БОЛЬШЕ ВСЕГО?

Наверное, больше всего меня вдохновляет не сам танец. Танцевать умеют все, кто выходит на сцену. Намного интереснее — присутствие.

Когда я смотрю на коллег, то вижу, что они точно знают, что делают. Они находятся внутри спектакля, внутри происходящего. Как будто полностью подключены к моменту. Именно это состояние меня восхищает больше всего.

ЕСТЬ ЛИ У КОМАНДЫ СВОИ РИТУАЛЫ?

Перед каждым спектаклем у нас есть свои небольшие традиции. Мы встаем в круг, беремся за руки, закрываем глаза и некоторое время просто молчим. Это момент, когда можно настроиться и обменяться энергией друг с другом.

Во время работы над «Хорой» появился еще один ритуал. Наш репетитор Чен Агрон рассказывала, что такая практика есть в израильской труппе «Бат-Шева», худруком которой долгое время был Охад Наарин. Мы тоже собираемся в круг, обнимаемся, ритмично стучим ногами по полу. Это создает ощущение общего дыхания перед выходом на сцену.

КОГДА ТЫ ЧУВСТВУЕШЬ, ЧТО СПЕКТАКЛЬ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СОСТОЯЛСЯ?

Для меня удачный спектакль связан не столько с техникой, сколько с внутренним состоянием ясности.

Конечно, волнение присутствует всегда. Но иногда случается особенное состояние. Я начинаю ясно видеть всё вокруг. Вижу партнеров, сцену, пространство, иногда даже зрителей в зале. Для меня это редкость, потому что часто внимание настолько сосредоточено внутри, что внешний мир словно исчезает.

И когда во время спектакля я остаюсь открытым пространству, когда чувствую всё происходящее вокруг, тогда кажется, что спектакль действительно состоялся. Это никак не связано с тем, выше ли я поднял ногу или лучше ли выполнил движение. Именно качество присутствия.

ЧТО ЗРИТЕЛЬ ОБЫЧНО НЕ ЗАМЕЧАЕТ В РАБОТЕ ТРУППЫ?

Мне кажется, зритель чаще всего не то чтобы что-то не замечает, а скорее не всегда понимает, о чем работа. Но современный танец не обязательно должен рассказывать историю с четким сюжетом. Иногда есть одна идея, иногда несколько, а порой спектакль вообще строится вокруг ощущения или состояния.

Некоторые зрители приходят с ожиданием, что перед ними будет почти либретто. Вот это означает одно, а это — другое. Но бывает и обратная ситуация, когда хочется просто воспринимать происходящее без необходимости всё расшифровывать.

После спектакля Олега Степанова «Театр бесконечно повторяющихся действий» многие говорили, что какие-то смыслы открывались им уже спустя время. Это нормально. Иногда к спектаклю можно относиться проще. Прийти после рабочего дня, расслабиться, вдохновиться, получить впечатление. Не обязательно сразу искать ответы на все вопросы. Между поверхностным восприятием и чрезмерным анализом всегда есть золотая середина.

ЧТО ТЫ ИЩЕШЬ В ТАНЦЕ ДЛЯ СЕБЯ СЕГОДНЯ?

Сейчас я всё больше ищу для себя минимум танца, как бы парадоксально это ни звучало.

Если говорить об импровизациях или о задачах, которые предлагают хореографы, мне становится интереснее работать не с большим количеством движений, а с их сокращением. За годы работы возникает некоторое перенасыщение движением как таковым. Меня привлекают детали, бытовые жесты, простота. Иногда просто стоять на сцене интереснее, чем исполнить длинную танцевальную комбинацию.

Наверное, поэтому меня всё больше привлекает территория перформанса. Пространство, где танец и перформативность существуют рядом и постепенно начинают пересекаться. Интересна красота «минимума». Когда на сцене мало экшена, но при этом всё наполнено смыслом и вниманием. Когда действие остается предельно простым, но не становится пустым или сухим.

В таком минимализме для меня сегодня открывается огромная выразительность и какая-то особенная красота.

Ангелина Боярко

ЧТО ДЛЯ ТЕБЯ ЗНАЧИТ БЫТЬ ЧАСТЬЮ CONTEXT СЕЙЧАС?

И в начале пути, и сейчас для меня главное остается неизменным. Ощущать себя не отдельной единицей, а частью чего-то большего. Это постоянная работа со своим эго. Принятие того, что ты не существуешь сам по себе, что ты не главная звезда процесса, а один из его элементов. И всё в нем имеет важное значение.

ЧТО ТЫ ЧАЩЕ ВСЕГО ОБСУЖДАЕШЬ С КОЛЛЕГАМИ ВНЕ РЕПЕТИЦИЙ?

Я могу назвать многих ребят не просто коллегами, а друзьями. В каком-то смысле на время работы мы становимся даже семьей. Когда профессиональные темы для разговоров исчерпываются, мы говорим о личном. Можем делиться друг с другом переживаниями, чувствами, событиями, которые происходят вне сцены.

КАКАЯ ЧЕРТА ОБЪЕДИНЯЕТ ВСЕХ ТАНЦОВЩИКОВ CONTEXT?

Нас объединяет интерес к танцу, любовь к движению и удовольствие, которое мы от него получаем.

Но есть и еще одна важная вещь. Мы много работаем в контакте друг с другом: в парах, в поддержках, через прикосновение. Иногда мне кажется, что с закрытыми глазами я могу узнать каждого человека из труппы просто по тому, как он двигается или как ощущается его тело.

Возможно, именно эта постоянная близость и создает особую связь между людьми. Просто потому, что так устроена профессия. Мы проводим вместе огромное количество времени, проживаем общий опыт и в какой-то момент становимся друг другу близки.

ЧТО ФЕСТИВАЛЬ CONTEXT ДАЛ ТЕБЕ ПОМИМО СЦЕНЫ?

На самом деле между танцем и жизнью много общего. Многие принципы, которые работают в зале, удивительным образом работают и за его пределами. То, чему ты учишься на репетициях, остается с тобой и начинает проявляться в самых разных жизненных ситуациях. Такой способ мышления, который формирует профессия танцовщика, остается навсегда.

ЧТО ТЕБЕ ВАЖНО ПОКАЗАТЬ ЗРИТЕЛЮ ЧЕРЕЗ ТАНЕЦ?

Танец учит отпускать. Есть движения, которые требуют большой скорости. Кажется, что для этого нужно максимально напрячься. Но на практике всё часто происходит наоборот. Чтобы движение стало свободным, быстрым и живым, необходимо убрать лишнее напряжение и довериться своему телу. Через это доверие рождается нужное качество движения.

В жизни работает похожий принцип. Иногда важно перестать всё контролировать, отпустить ситуацию, довериться интуиции и позволить событиям развиваться своим путем. Очень часто именно тогда всё складывается наилучшим образом.

Егор Кабанов

ЧТО ТЕБЯ БОЛЬШЕ ВСЕГО ПРИВЛЕКЛО В ФЕСТИВАЛЕ CONTEXT?

До Context я работал как исполнитель на фрилансе. Наша труппа стала для меня возможностью обрести устойчивость, существовать внутри одного коллектива, развиваться вместе с одними и теми же людьми и двигаться к общей цели.

При этом фестиваль Context развивает современный танец. Я нахожусь в труппе уже два года и за это время ясно вижу вектор движения вперед. Проект не стоит на месте, не вращается вокруг одного и того же, а постоянно растет, расширяется, ищет новые возможности.

Меня привлекла прежде всего творческая составляющая как возможность говорить со сцены о важных вещах и танцевать то, что мне интересно. Современный танец дает свободу, а фестиваль создает для нее пространство.

Кроме того, театральных трупп такого масштаба в России совсем немного. Поэтому сам факт существования подобного проекта вызывает большое уважение. И я благодарен за возможность стать его частью.

ЧТО ТЫ СЧИТАЕШЬ ГЛАВНЫМ ДОСТИЖЕНИЕМ КОМАНДЫ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ?

Главным достижением последних лет я считаю выход на большие формы — полноценные самостоятельные спектакли. Раньше в репертуаре чаще были гала-концерты, состоящие из нескольких отдельных номеров, примерно по пятнадцать минут каждый. Проектная деятельность существовала и тогда, но сейчас Context всё больше приходит к созданию цельных театральных высказываний, больших спектаклей, объединенных одной идеей и одним художественным миром. Для меня это показатель роста и масштаба.

Конечно, сразу вспоминаются спектакль Олега Степанова «Театр бесконечно повторяющихся действий» и «Хора» Охада Наарина. А также сотрудничество с Чен Агрон и работа с материалами танц-компании «Бат-Шева». Это уровень международного профессионального диалога, и для российского современного танца такие процессы имеют огромное значение.

ЕСТЬ ЛИ ЧЕЛОВЕК В ТРУППЕ, КОТОРЫЙ ПОСТОЯННО ТЕБЯ УДИВЛЯЕТ?

Часто говорю коллегам, что считаю их одними из лучших танцовщиков современного танца в России. Меня поражает то, насколько искренне они любят танец. Насколько по-настоящему горят этим делом. Потому что в условиях постоянных репетиций и серьезной нагрузки важно иметь внутренний источник энергии, который помогает продолжать.

Если говорить о конкретном человеке, я бы назвал Любовь Савчук. Меня восхищает ее тело, ее чувствительность, объем знаний и внимание к движению. И самое удивительное, что она продолжает искать дальше. Постоянно развивается, открывает в себе что-то новое. Для меня это очень вдохновляющий пример. И еще Саша Носов, потому что он органичен в своей пластике, за его легкостью движений можно наблюдать бесконечно.

ЧТО ИСПЫТЫВАЕТ АРТИСТ ПЕРЕД ВЫХОДОМ НА СЦЕНУ?

Когда я выхожу на сцену, исчезает всё лишнее: бытовые заботы, планы, тревоги, социальные роли. Всё то, что обычно заполняет жизнь, вдруг отступает на второй план. Остается только энергия, внимание и сам момент.

Иногда мне кажется, что за пять минут на сцене я способен прожить столько, сколько в обычной жизни проживаю за две недели. Все процессы ускоряются, чувства становятся острее, восприятие обостряется до предела. Зритель тоже становится частью этого процесса. Всё начинает взаимодействовать одновременно и складывается в какое-то особенное, почти абсолютное переживание. Именно за него я люблю сцену.

ЧТО ПОМОГАЕТ СОХРАНЯТЬ ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ ВНУТРИ ТРУППЫ?

В Context индивидуальность не подавляется, а наоборот, поощряется. Поэтому я никогда не чувствовал, что из нас пытаются сделать одинаковых исполнителей. Но когда ты работаешь с чужой хореографией и существуешь внутри репертуара, важно находить пространство для собственных поисков.

Если заниматься только тем, что тебе предлагают извне, постепенно можно потерять связь с собой. Поэтому важно иногда выходить за рамки профессиональной среды и оставлять место для личного опыта. Даже просто потанцевать дома на кухне под любимую музыку. Просто потому что хочется двигаться. Бывает, прихожу на семейный праздник, смотрю, как танцуют родственники, и думаю: вот так я хочу танцевать. Свободно, искренне, без ожиданий и правил.

Мы проводим много времени в репетиционных залах. Но сохранить свою индивидуальность помогает как раз всё то, что происходит за их пределами. Там, где продолжается настоящая жизнь, которая потом возвращается вместе с тобой на сцену.

Роман Осипов

ЧТО ПОМОГАЕТ КОМАНДЕ ПЕРЕЖИВАТЬ ПЕРИОДЫ ВЫСОКОЙ НАГРУЗКИ?

Наверное, самое сильное, что есть в нашей труппе — это поддержка. Когда наступают сложные периоды, накапливается усталость, много работы и горят дедлайны, мы всегда остаемся рядом друг с другом. Поддерживаем, подсказываем, сопереживаем.

КАКИЕ КАЧЕСТВА ОБЪЕДИНЯЮТ ВСЕХ УЧАСТНИКОВ КОМАНДЫ?

Нас очень объединяет чувство юмора. У каждого в коллективе есть способность вовремя разрядить обстановку, пошутить, переключить внимание. Мы любим посмеяться, проводить время вместе, и это тоже важная часть нашей общей атмосферы.

КАКОЙ ОПЫТ В CONTEXT ОКАЗАЛСЯ ДЛЯ ТЕБЯ САМЫМ ТРАНСФОРМИРУЮЩИМ?

Для меня одним из самых значимых проектов стала «Хора». Работа над этим спектаклем дала, наверное, самый сильный скачок в понимании танца и собственного развития как исполнителя. Во многом это связано со знакомством с методом Охада Наарина. Мы начали по-новому смотреть на свое тело, на движение, на пространство. Это был совершенно другой подход к танцу, который многое изменил внутри.

До этого мой опыт знакомства с пластическим языком Гаги был довольно небольшим. Можно сказать, что я только начинал соприкасаться с этим движением. Возможность работать с людьми, которые напрямую связаны с «Бат-Шева» и несут эту традицию дальше, стала очень ценным опытом.

КАК ТЫ НАХОДИШЬ БАЛАНС МЕЖДУ СОБСТВЕННОЙ МАНЕРОЙ И ЗАДАЧАМИ ХОРЕОГРАФА?

Мне не сложно работать с материалом других хореографов, потому что я стараюсь не разделять всё на «мое» и «не мое». Если мне что-то близко, я пытаюсь присвоить это, пропустить через себя и сделать частью собственного опыта. Для меня важнее найти способ органично существовать в чужом материале.

Конечно, есть движения и задачи, которые сразу ложатся на тело. Есть те, которым требуется больше времени. Но в любом случае мне интересно искать точки соприкосновения, а не выстраивать границы между собой и хореографией. Гораздо интереснее наблюдать, как разные художественные языки постепенно становятся частью тебя самого.

КТО ИЛИ ЧТО ТЕБЯ ВДОХНОВЛЯЕТ СИЛЬНЕЕ ВСЕГО НА ТАНЕЦ?

Когда я только начинал заниматься танцем, меня вдохновляли старшие ребята, на которых хотелось равняться. Позже, во время учебы на хореографа, огромную роль играли великие авторы и хореографы. Среди них, конечно, Охад Наарин, Акрам Хан, Кристал Пайт, Иржи Килиан и многие другие. Сейчас вдохновение приходит немного иначе.

Мне по-прежнему интересны конкретные художники и их работы, но сама перспектива стала шире. Чаще вдохновляют люди вокруг, среда, случайные наблюдения, сам процесс жизни.

Наверное, я больше ощущаю, что танец существует повсюду. Он не ограничен сценой, студией или конкретным стилем. Может проявляться в самых разных формах и постоянно выходит за привычные рамки.

Именно ощущение безграничности опыта сегодня вдохновляет меня больше всего. Не какой-то один человек или одно направление, а возможность продолжать искать, развиваться и открывать для себя новые способы движения и существования в танце.

Илья Шумилов

КАКИМ БЫЛ ТВОЙ ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В CONTEXT?

Совсем скоро исполнится год с того момента, как я пришел в Context. Помню свой первый день — 14 июля. Тогда начался мой первый проект с труппой на фестивале «Архстояние» в Никола-Ленивце, где мы вместе с хореографом Костей Кейхелем работали над спектаклем, связанным с темой леса и его состояний.

Для меня это было сильное впечатление. Всегда интересно попасть в новый коллектив, познакомиться с людьми, увидеть, как они двигаются, мыслят, какой у них опыт. Было небольшое волнение, даже стеснение, но любопытство оказалось сильнее.

Кроме артистов труппы тогда к работе присоединились и другие участники проекта, поэтому процесс получился особенно насыщенным. Это был вдохновляющий опыт и важная точка входа.

БЫВАЕТ ЛИ КОНКУРЕНЦИЯ ВНУТРИ КОМАНДЫ И ПОЛЕЗНА ЛИ ОНА?

Я никогда не ощущал внутри коллектива конкуренции. Наоборот, для меня Context — это пространство взаимоподдержки, уважения и понимания. Такой формат отношений намного ценнее и здоровее, чем борьба за внимание или постоянное соперничество. Каждый из нас хорошо понимает, зачем он здесь и что хочет делать. При этом все остаются очень разными. У каждого есть свой характер, художественный взгляд, телесный язык. Именно поэтому внутри труппы возникает скорее обмен, чем конкуренция. Мы учимся друг у друга, вдохновляем и вместе двигаемся вперед.

ЧТО ТЫ УЗНАЛ О СЕБЕ БЛАГОДАРЯ ФЕСТИВАЛЮ?

За этот год у меня заметно расширилась оптика. Я стал обращать внимание на вещи, которые раньше мог просто не замечать. Во многом это произошло благодаря коллегам и проектам, в которых мы работали вместе. Кроме того, постоянное переключение между разными задачами и художественными мирами научило меня быстрее адаптироваться к новым условиям. Было очень интересно наблюдать за тем, как работают другие артисты, какие инструменты они используют и как решают творческие задачи. Для меня это стало одной из важных сторон опыта в Context.

ЕСТЬ ЛИ СПЕКТАКЛЬ CONTEXT, КОТОРЫЙ ТЫ ХОТЕЛ БЫ ПРОЖИТЬ ЕЩЕ РАЗ?

Каждый новый проект приносит ощущение нового дыхания. Обычно именно тот спектакль, над которым работаешь сейчас, кажется самым важным и самым интересным. Но если говорить о постановке, к которой мне особенно хотелось бы вернуться, то это «Театр бесконечно повторяющихся действий» Олега Степанова, показанный осенью 2025 года на нашей программе «Ионеско». В этой работе сильно ощущалось авторское присутствие. Было видно, насколько глубоко Олег мыслит и как тщательно выстраивает смысл не только через драматургию, но и через движение. Особенно интересным оказался опыт работы с речью. В этом спектакле мы существовали не только через тело, но и через язык. Этот процесс помог раскрыть дополнительные грани себя, расширить творческие возможности и еще сильнее сплотить коллектив. Поэтому хочется снова вернуться к этой работе и посмотреть на нее уже новым взглядом.

ЧТО ТЕБЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ, ЧТОБЫ О ТАНЦЕ ПОНИМАЛИ ГЛУБЖЕ ЛЮДИ СО СТОРОНЫ?

Очень важно развивать насмотренность. Если у человека есть интерес к современному танцу, это прекрасное начало. Интерес помогает внимательнее смотреть, задавать вопросы и глубже воспринимать увиденное. А когда постепенно накапливается опыт просмотра, появляется и более объемное понимание искусства.

Мне всегда нравится, когда зрители после спектакля подходят поговорить, спрашивают, делятся впечатлениями или сомнениями. Такой диалог очень важен. Поэтому главное — продолжать смотреть. Ходить на спектакли, знакомиться с разными работами, открывать для себя новые формы. Даже если что-то остается непонятным, это не страшно.

Любая встреча с искусством оставляет след. Человек всё равно уходит с мыслью, ощущением или вопросом. Из таких впечатлений постепенно формируются собственный вкус, насмотренность и личное отношение к тому, что происходит на сцене.

Арина Ахметова

ЧТО ПРИВЕЛО ТЕБЯ В СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ?

Любовь к движению. С самого детства просила родителей отдать меня на танцы, а дальше это стало делом всей жизни. Современный танец уникален и бесконечен.

КАКИМ БЫЛО ТВОЕ ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ ОТ КОМАНДЫ CONTEXT?

Первое впечатление от команды было хорошим. Если говорить про танцовщиков, я давно знала многих ребят, и было интересно оказаться внутри процесса, как итог — работать с ребятами одно удовольствие, у нас прекрасная команда, максимально комфортная атмосфера.

КАК ФЕСТИВАЛЬ ПОМОГАЕТ ТЕБЕ РАСШИРЯТЬ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ПРОФЕССИИ?

Фестиваль предоставляет платформу для обмена опытом с разными хореографами. Каждый новый проект открывает во мне что-то новое, или даже меняет меня.

ЧТО ПРОИСХОДИТ В КОМАНДЕ ПОСЛЕ УСПЕШНОЙ ПРЕМЬЕРЫ?

После успешной премьеры мы, конечно, радуемся и выдыхаем, а далее обсуждаем выступление, делимся впечатлениями и анализируем, что и как мы можем еще сделать.

ЕСЛИ БЫ НУЖНО БЫЛО ОПИСАТЬ ТРУППУ ОДНИМ ХУДОЖЕСТВЕННЫМ ИЛИ ЖИЗНЕННЫМ ОБРАЗОМ, ЧТО ЭТО БЫЛО БЫ?

Пазлы, которые соединились в картинку.